Небо закрыто, рейсы под вопросом, цена на нефть растет, тенге слабеет. Главные события, связанные с ситуацией на Ближнем Востоке, к утру 3 марта.
Ситуация вокруг Ирана стремительно меняется. Редакция Finratings.kz собрала главное к этому часу – что происходит с рейсами, сколько казахстанцев остаются в странах Персидского залива, как реагируют власти и почему тенге ослаб.
Министерство транспорта РК создало оперативный штаб для координации действий. По данным ведомства, 28 февраля и 1 марта отменены 26 рейсов в Казахстан. Еще 13 рейсов на 2 марта остаются под вопросом.
Воздушное пространство Ирана, Израиля, ОАЭ, Бахрейна, Кувейта, Иордании, Саудовской Аравии, Катара, Омана, Ирака и Ливана либо полностью закрыто, либо признано небезопасным.
Авиакомпании заявили о готовности выполнить вывозные рейсы сразу после открытия неба. Действия перевозчиков координируются с МИД РК. На базе Авиационной администрации работает круглосуточная горячая линия.
По данным фонда «Туристик Камкор», в ОАЭ находятся более 3 тысяч казахстанских туристов, еще свыше 1 тысячи – в Катаре. Туристы размещены в отелях и находятся под поддержкой туроператоров и системы гарантирования.
Кроме того, около 200 граждан Казахстана остаются в Саудовской Аравии – в Мекке и Медине.
Вопрос о специальных эвакуационных рейсах пока не рассматривается из-за небезопасной обстановки в воздушном пространстве. Власти Дубая уже направили гостиницам инструкции по работе в условиях ограничений.
На фоне эскалации «Казпочта» временно прекратила прием международной авиапочты в Иран, Ирак, Саудовскую Аравию, ОАЭ, Катар, Иорданию и Израиль.
Это касается всех видов отправлений – от частных посылок до коммерческих грузов и документов. Сроки возобновления не называются.
На фоне начала военной операции 28 февраля тенге за день ослаб примерно на 1%. Официальный курс доллара на 3 марта, установленный Национальным банком РК, составил 502,6 тенге.
Для 2026 года такое движение нетипично: с начала года дневное ослабление более чем на 1% фиксировалось лишь трижды.
Аналитики связывают динамику с уходом инвесторов в защитные активы и ростом глобальных рисков для развивающихся рынков. Несмотря на то что нефть Brent подорожала более чем на 13% и закрепилась около $80 за баррель, геополитический фактор пока перевешивает нефтяную поддержку.
Экономист Алмас Чукин обращает внимание на стратегический аспект.
В случае смены режима в Иране и снятия санкций Центральная Азия может получить кратчайший выход к Персидскому заливу.
Расстояние от стыковки железных дорог Туркменистана и Ирана до портов Персидского залива – около 1200–1500 км. Это сопоставимо с маршрутом Астана – Алматы. Дальше – морской путь в Европу, в том числе до Роттердама, который занимает 3–4 недели.
Сегодня казахстанская нефть идет через Россию и Черное море – маршрут длинный и уязвимый. Потенциальное открытие иранского коридора может дать:
альтернативный маршрут для нефти и зерна, снижение логистических рисков, более короткий и потенциально дешевый путь в Европу.
Ситуация остается напряженной. Если конфликт затянется, давление на валюту и транспорт сохранится. Если напряженность спадет, нефтяной фактор и фундаментальные показатели экономики могут частично компенсировать текущие потери.
Пока же Казахстан одновременно сталкивается с отмененными рейсами, закрытым небом, ограниченной логистикой и волатильным курсом – и внимательно следит за тем, чем закончится новый виток кризиса на Ближнем Востоке.
Читайте также: